В ходе «дачной амнистии» оформить землю в собственность смогли лишь 17,5% садоводов

Как это часто бывает в современной России лозунги и бравурные заявления далеки от реальных дел. Все мы помним, как чиновники взахлеб обещали упрощенную систему оформления земли. Заверяли, что проблем больше не будет. Достаточно всего лишь несколько бумажек и вы полноценный собственник. К сожалению, бюрократы и коррупционеры заставляют людей по-прежнему бегать по коридорам различных инстанций.
Как пишет «МК» в четверг в Госдуме пройдут парламентские слушания по поправкам в “дачное” законодательство. Союз садоводов России намерен убедить парламентариев: основные проблемы документ не решает. С людьми, которые выращивают более 80% картофеля в стране, спорить сложно.

Законодательство, которое регулирует “растительную” жизнь 21 млн. российских семей, вообще не отличается везучестью. “Дачная амнистия”, по мнению многих экспертов, провалилась. Свое право на участок оформили лишь 17,5% российских дачников, утверждает глава Союза садоводов России, депутат ГД Василий Захарьящев: “Некоторые руководители районов требуют от садоводов 32 справки, хотя по закону достаточно и двух”. До конца амнистии остается меньше года, и маловероятно, что такими темпами оставшиеся четыре пятых российских дачников успеют перевести свои “сотки” в собственность.
До 1998 года огурчики и помидорчики росли на шести сотках по законам природы. После к ним прибавился и Федеральный закон №66 “О садоводческих, огороднических и дачных некоммерческих объединениях граждан”. Новый земельный кодекс появился спустя лишь несколько лет. Немудрено, что в унисон эти два документа не звучат. Поправки к “дачному” закону появились лишь в 2007 году, но после первого чтения надолго ушли на доработку.
В новой редакции Союз садоводов не увидел разрешения самых наболевших вопросов. Главное требование дачников — иметь своего представителя в законодательной власти муниципалитетов: “Мы платим налоги в бюджет районов, но не можем влиять на работу местных властей”. Важно и внести ясность в ситуацию с межеванием земель. Территория старого дачного поселка вполне может наслоиться и на земли Минобороны или лесхоза. Так что составить кадастровый план такой спорной территории может только государство. Садоводы считают, что “земляная перепись” должна проводиться исключительно за бюджетные деньги. Это еще и “антикоррупционная” норма. Председатель одного из товариществ под Сергиевым Посадом Лариса Сергеева жаловалась: “Часто межевальные организации сами не знают, что от них хотят чиновники, план приходится переделывать по нескольку раз, да и стоимость кадастровых работ для пенсионера неподъемная, может достигать и 15 тыс. руб.!” Но это только первые траты — после межевания налог на землю может вырасти в 10—40 раз, если, например, участок раньше считался неудобьями.
В статусе председателя одного из СОТов Волоколамского района Людмила Голосова прошла больше ста судов. Их было бы меньше, если бы закон четко определял, кто может быть председателем товарищества, на кого следует регистрировать имущество общего пользования. Вообще, дачники считают, что следует законодательно прописать статусное положение садоводческих товариществ. Ведь место, в котором создано юридическое лицо, возникают экономические взаимоотношения, даже не имеет адреса. Да и отстаивать хозяйственные интересы непросто — обрезать провода недобросовестному плательщику за электроэнергию с соблюдением закона — та еще головная боль для председателя.
Но порой глава товарищества сам становится головной болью — если он бывший и годами не передает преемнику документацию. Таких примеров в стране немало, но законопроект обходит проблему стороной. Бороться за свои права в Госдуме дачники планируют под флагом кризиса — все-таки они обеспечивают продовольственную безопасность страны, и не только “картофельную”. Так, 85% плодов и ягод и 80% овощей на столы россиян попадают из некоммерческих огороднических и дачных объединений.