Пепел сожженных стучит в моём сердце

Л. Сорников

8311

22 сентября российская «горилла» - бывший президент РСФСР, клявшийся на Конституции страны, публикует свой Указ 1400 и начинается осада Дома Советов в Москве, где работает Верховный Совет РСФСР – высший законодательный орган страны.

Сегодня никто в эРэФии не смет утверждать, что этот Указ не был началом преступного и кровавого государственного переворота. Бормочут только о какой-то свободе и демократии, о якобы предотвращении гражданской войны. Тщательно умалчивают, что кровавые дни 22 сентября 4 октября 1993 года были логическим продолжением войны против собственного народа, развязанной еще в 1957 году бывшим кандидатом в члены Политбюро ЦК КПСС ренегатом и алкашом Ельциным. И молчат о том, что война захвативших власть либералов с народом длится и длится в уродливых формах на выборах, через приняьтие и осуществление все новых антинародных законов, смягчаемых путинскими указами о очередных подачках, лживыми и развратными кинофильмами на ТВ и рекламными роликами, отупляющими зрителей.

Со дня опубликования Указа, мы в Коломне, группа коммунистов и беспартийных патриотов, начали борьбу за спасение Советской власти в стране. Базируясь на комнате-приемной нашего депутата ВС РСФСР Суркова, пользуясь его возможностями звонить бесплатно в любой город страны связывались с единомышленниками. Помню, что был обнадёживающий разговор с комдивом на Урале, который сказал, что нужен приказ действовать. Не было потом никаких приказов, но 3 октября в ночь на 4-е были отправлены в Останкино безоружные люди, котрых там расстреляли из крупнокалиберных пулеметов. Наш товарищ, коммунист, капитан первого ранга в отставке, чернобылец А.Д.Талицких, чуть не погиб, лёжа на асфальте рядом с незнакомой девушкой. Убитой на его глазах пулями полицаев из Останкино.

Рассказ учительницы Веры Ивановны Храмовой был бесстрашно опубликован редакцией тогда же в газете «Советская Коломна» - наследнице ранее учрежденной нами тоже откровенно коммунистической газеты «Красная гвоздика». Она почти весь 1993 год была органом областного отделения промежуточной для нас- коммунистов социал-демократической партии, СПТ, и с 1 сентября 1993 года была нами закрыта в связи с учреждением органа коломенских коммунистов- членов КПРФ.

28 лет редакция газеты, ставшей в начале 2000 годов органом областного отделения КПРФ остается верной свои коммунистическим убеждениям. В 2007 году, в связи с 75-летием её соучредителя и главного редактора один из читателей и авторов В.Е.Петровский газеты прислал ему свое поздравление в стихах:

Не единственный я сожалею,

Как и многим, мне искренне жаль,

Что страна к твоему юбилею

Не смогла отчеканить медаль,

Равноценную той «За отвагу»,

Самой ценной наград для солдат.

Ты в лихую годину ни шагу,

Ни полшага не сделал назад.

Не качнулся ни влево, ни вправо,

С нашим знаменем вышел вперёд…

Принимая поздравленья по праву!

Наше время, я верю, придёт.

Вот как о событиях 3-4 октября 1993 года в Москве рассказала Вера Ивановна.

22 сентября.

Ельцин только что объявил о разгоне Съезда народных депутатов и Верховного Совета РСФСР. В Москве ночью начали строить баррикады. Господи, что же будет?

3 октября.

Солнечным осенним утром мы, группа коломенцев, ехали в Москву на Всенародное вече. Гнев и возмущение вызвал у нас указ Ельцина, носком ботинка отшвырнувшего Конституцию страны. А заодно он, не спросясь народа, изменил нам общественный строй, объявив выборы в неведомую, явно карманную Думу. Да ещё по-хамски, на глазах у всего мира издевается над Верховным Советом, чему трудно в истории подобрать аналогию.

З октября – День учителя. Спутники тепло поздравили нас со Львом Яковлевичем Сорниковым. Несмотря на возмущение политикой президента, настроение было в общем мирное.

В последние годы я полюбила Октябрьскую площадь с романтически- вдохновенным памятником В.И.Ленину на строгом фоне высоких белых зданий. Выходим из метро, в глаза бьёт солнце… Но что это? Сплошная стена металлических щитов ОМОНа. Как, мы теперь уже и слова не имеем в своей стране? Где же хвалённая демократия с провозглашённым правом на собрания, митинги и демонстрации? Недоумение сменяется гневом и чувством оскорблённого человеческого достоинства. Гнев выплескивается на омоновцев – 19-летних на вид ребят, но явно направлен не против них самих: «Мальчики, вы же наши дети, и вы пойдёте против своих родителей? Ведь диктатура же идёт, чтобы раздавить трудовой народ! Чью же вы волю исполняете, одумайтесь!

У алюминиевой стенки бушует народное море. Все тротуары забиты, а метро выплескивает всё новые и новые людские волны.

Вскоре эта масса выливается на проезжую часть улицы, заполняет её. Над головами появляются красные знамена и транспаранты.

Неожиданный поворот: мы уже на площади в кольце ОМОНа! Идём мимо памятника В.И.Ленину. Сияет солнце, небо голубое, настроение радостное. В нашу колонну вливаются люди с соседних улиц. Дорога на Крымский мост не перекрыта, мы устремляемся туда.

Вглядываюсь в окружающих, в их лица. Сколько же сегодня молодёжи! Умные, серьёзные глаза. Как радостно идти в массе честных, думающих людей! Наконец-то народ проснулся и стремится навести порядок в своей стране!

У Парка культуры оглядываюсь назад: всё видимое пространство занято демонстрацией – лавина народная! Вдруг остановились: у Крымского моста омоновцы. Что же это такое – теперь и демонстрацию не пускают! Такую массу народа хотят разогнать? Ах, негодяи!

Замешательство, суета, и в друг многоголосое «Ура-а!».

Устремляемся всей массою вперёд через прорванные цепи ОМОНа. Успеваю увидеть летящие в реку щиты. Правильно! Нельзя воевать с собственным народом!

Людская лавина движется уже по Садовому кольцу. Рядом красное знамя. «Смело, товарищи, в ногу, духом окрепнем в борьбе», - запевают рядом сильные мужские голоса, и улица присоединяется к ним. По коже пробегают мурашки.

И снова путь преграждает ОМОН. Люди и автомашины. Оранжевые и с водомётами. Запах «черёмухи» - закрываемся платками и шарфами. А в душе нарастает самая настоящая ярость. Вижу, люди берутся за камни. Демонстрация напирает на тех, кто дерётся у водомётов. И вдруг машины разворачиваются и уходят. И эту преграду прорвали! Движение ускоряется, только теперь я понимаю, что идём к Дому Советов.

И снова неожиданность: выстрелы и крики: «Боевыми стреляют, боевыми, ложись!».

Стреляют из гостиницы «Мир», из мэрии. Бежим и падаем за выступом лестницы у парадного входа в Дом Верховного Совета РСФСР. Через 10 минут стрельба кончается, и мы встаём. Жарко. Площадь переполнена людьми. Кричат, обнимаются и плачут от радости. Оказывается, сметено все оцепление вокруг «Белого дома», освободили депутатов-узников. Вот они все на трибуне приветствуют народ. Знакомые, дорогие лица: Горячева, Бабурин, Павлов, Саенко, Хасбулатов, Челноков, Руцкой. Кто-то в белой шапочке, очки, борода – Юрий Власов.

Ликование не смолкает – победа! Площадь запевает родное: «Широка страна моя родная»… Как это прекрасно в такой миг оказаться вместе со своим народом!».

Подходит Сорников, радостный, зовёт: «Идёмте, там Сурков!». Бросаемся к Александру Борисовичу и останавливаемся, пораженные выражением его глаз. В них трагическая отрешённость. После короткого разговора он вдруг обнимает, как мать, Киру Андреевну и прощается с нами.

Но не хочется думать о причинах его печали: наверное, устал, натерпелся. Снова поём, смотрим, как берут штурмом мэрию при всеобщем одобрении. Провели её сидельцев, стрелявших в народ. А вот ещё один. Кто-то кричит: «Брагинского вывели! Зам. Лужкова!».

«Ох, - дайте я ему врежу!» - раздалось из толпы. И тут же: «Не надо, не надо, товарищи!». И конвой спокойно проходит в Дом Верховного Совета.

Шло время, мы были постоянно втроем с Кирой Андреевной и Татьяной Бахтиевой. Где наши мужчины? Что с ними? Не там ли, у Останкино, где стреляют? Говорят, что радио и телевидение отключилось, значит бой идёт? Тревожно, тревожно. Про себя привычное: «Боже, помоги силам добра и правды одержать победу!».

Уже совсем темно, но народу не убывает. Молодая женщина поручает нам заняться сбором денег: нужно кормить людей. На асфальте огороженный турникетом расстелен кусок полиэтилена, и к нам уже начинают подходить лентой очереди люди. На полиэтилен летят ворохи купюр. Такого я не видела никогда в жизни! Как в кино о Кузьме Минине, когда женщины снимают с себя серьги и обручальные кольца и кладут на алтарь Отечества. Ворох денег растёт – за 20 минут 122 тысячи рублей, в том числе и стодолларовая бумажка. Кто-то трогает меня за плечо. Черноглазый, с тонкими чертами лица мужчина подаёт пакет: «Возьмите, здесь полмиллиона рублей». И уходит. Есть люди! Изумлённая, передаю свёрток Кире Андреевне.

Москвичи начинают приносить хлеб, консервы, сахар, тёплую картошку. Кто-то принёс большой мешочек сала, нарезанного крупными кубиками. Делаем бутерброды и раздаём. Все просят чаю или хотя бы кипяточку. Становится холодно, и мы ждём, когда вскипит вода в вёдрах, подвешенных над костром.

За 12 дней блокады у Дома Совета возник какой-то походный «комфорт»: навес, очаг, столик из кирпичей… Привозят мешки с тёплыми батонами, которые Кира Андреевна режет тупым ножом. Мы начинаем ей помогать, и люди подходят в очередь и берут каждый по куску. Помню, один кусочек отрезался совсем маленький. Чья-то рука берёт его, я поднимаю глаза:» Это очень мало, возьмите ещё». – «Что Вы, что Вы! Вдруг кому-то не хватит!».

Вспоминаю сейчас и горько плачу. Жив ли этот человек или тонюсенький кусочек был последним в его жизни?

4 октября.

Уже глубокая ночь. Холодно. В центре толпы стоит женщина в белом свитере, совсем раскрытая на холоде и что-то рассказывает. Прислушались. Голос срывается, а лицо будто застыло: «Что там творилось! (Это об Останкино!). За что? Палачи!» Площадь тревожно затихла.

Иду за кипятком и вижу группу молящихся возле импровизированного киота из нескольких десятков разнокалиберных икон. Свечи горят, люди шепчут, крестятся, кладут поклоны.

Начинает рассветать, и людей зовут укреплять баррикады. Отпускаем в Коломну к больной родственнице Киру Андреевну, а сами решили остаться до 6 утра. Идём в двухэтажный корпус умыться и причесаться, а там вповалку спят люди. С краю оказался молодой священник, который вечером читал молитвы у киота. Он выходит во двор, и возвращаясь, мы видим, как он кладёт поклоны во время молитвы. Выпрямляется во весь рост, потом на колени и головой в землю, волосы в песок ложатся, а губы шепчут молитву. И так без конца.

Эта сцена утренней молитвы – последнее моё мирное впечатление у бывшего белого, а ныне почерневшего Дома Верховного Совета РСФСР. Из него выбегает наша знакомая, поручившая деньги принимать, и кричит: «Всё, женщины, атака началась! Быстро в укрытие!». А по площади уже бьют очередями. Толпой, пригибаясь, бежим через площадь, падая под пулями, ложась и вставая, добежали до Баррикадной. Метро закрыто, а сзади уже беспрестанная канонада, взрывы.

«Господи, господи, господи! Что происходит?»

Справа к Дому Совета идут сплошным потоком танки, БТРы, мотопехота со щитами и в касках. На людей! На своих людей! Звери! Палачи! За что?

У домов стояли люди, много людей. Они плакали, кричали проклятья. Кто-то выбежал на дорогу, за ним другие, мы тоже подбежали, перегородили улицу. БТРы остановились, выбросили омоновцев в чёрных масках, и те со страшным, диким «а-а-а!» бросились на нас. Это было так страшно, словно дикие звери накинулись. Бежим!

Бегу из последних сил, а за мной высокий бугай с чёрной тряпкой на лице. Обернулась, спрашиваю: «Что, убивать будешь?»

«Иди, дура! – орёт он и толкает в спину автоматом. Бежим теперь дворами и через какое-то время, грязные, измученные, снова выходим на улицу.

«Негодяи, мерзавцы, подонки! Людей, как собак, гонять! Своих людей, в своей стране! Да никогда не простится вам это!».

…Над «Белым домом» поднимался густой, чёрный дым. Орудия всё били и били. И слёзы всё лились из глаз, душили рыдания. Что делать теперь? «Оружия надо, оружия!» - слышалось в толпе.

Было уже около 10 часов утра. Значит 3 часа уже расстреливают людей, находящихся в здании высшего органа государственной власти страны. Людей, защищавших Закон, Конституцию, элементарные человеческие права, приехавших сюда с мыслью о Родине. Сердце рвётся на части, не хочется жить.

Приехав домой, я сказала: «Сегодня я видела 1905 год».

В.Храмова.

Написано мною 4 октября 1993 года в Коломне.

Упущена победа. Черный дом

Как символ пораженья – Ламомеда

Чилийская И новый Пиночет

Уже спешит чилийскому вослед,

Чтоб сделать жизнь осуществленьем бреда.

Сидят в тюрьме трусливые вожди

Отпущены с презреньем депутаты:

В такой стране, бессилием объятой

От них большой опасности не жди.

Народ волнуется на площадях –

Не страшно! Будут брошены подачки.

Мозги промоют чисто телепрачки

И довершит умиротворенье страх.

Страх, словно рак кишечника, сидит

В мозгах людей и подавляет стыд.

Но всё же мы встаём из липкой тины,

И возникает призрак гильотины

В сознанье победителей. Они

В напрасной суете проводят дни.

Без совести, без разума, без чести –

Достойны кары – недостойны мести.

Л.Сорников.

Администрация сайта не несёт ответственности за содержание размещаемых материалов.
Все претензии направлять авторам.
  • Комментарии: 0
  • Facebook:
Читайте также
Депутат Евгений Добровольский: «Необходимо развивать спорт, начиная с местного уровня!»
Депутат Совета депутатов г.о. Красногорск от КПРФ Евгений Добровольский постоянно сотрудничает с местными спортивными организациями и способствует их развитию.

VI-е заседание актива Балашихинского городского отделения КПРФ
По повестке дня было рассмотрено 11 вопросов.


сентября, Москве, страны, президент, клявшийся, РСФСР, орган, Дома, страны, Верховный, Конституции, работает, публикует, бывший, осада, РСФСР, высший, законодательный, Советов, начинается, Совет



 
 
 

 
 
 
 

 
 
 

 
 
 
 
 
 
 
 



Точка зрения

Владимир КАШИН
заместитель Председателя ЦК КПРФ, Председатель Комитета Государственной Думы ФС РФ по аграрным вопросам
Содержательная основа протеста на современном этапе

Павел ГРУДИНИН
Директор ЗАО «Совхоз им. Ленина»
«Вместе спасем Совхоз имени Ленина!»

Николай ВАСИЛЬЕВ
первый секретарь МК КПРФ, член Комитета Государственной Думы по аграрным вопросам
Николай Васильев: Надо признать, что интерес у людей к предложенным изменениям в Конституцию есть и он растет.

Константин ЧЕРЕМИСОВ
второй секретарь МК КПРФ, заместитель Председателя Мособлдумы
Сохранить суверенитет, национальную независимость и человеческое достоинство!

Александр НАУМОВ
секретарь МК КПРФ, руководитель фракции КПРФ в Мособлдуме, заместитель Председателя Мособлдумы
Фракция КПРФ в Московской областной Думе выступила против введения QR-кодов!

Сергей СТРЕЛЬЦОВ
Главный редактор газеты «Подмосковная правда», член Бюро МК КПРФ
Власть и мусор: жителям Подмосковья пообещали «генеральную уборку». Чего ожидать?


 

 

контакты

Телефоны МК КПРФ:
8-499-263-05-08,
8-499-263-11-57
Редакция сайта МК КПРФ
и газеты "Подмосковная Правда":

8-499-261-59-98

*******

E-mail: mkkprf@mail.ru

*******

Адрес:
115487, г. Москва,
ул. Нагатинская,
д. 26, корп. 2

Все данные

ГК КПРФ
в Московской области:
 

 


  • Официальный сайт КПРФ
  • Московский городской комитет КПРФ
  • Газета Советская Россия
  • Газета Правда
  • Газета Подмосковная Правда